ВОПРОС-ОТВЕТ

Все
  • Вопрос:

    Получила на днях платёжку за коммунальные услуги и обнаружила, что плата снова выросла. Хотелось бы узнать, как это понимать? Сказано же, что перерасчёт отменили, тогда почему у нас изменились платежи? Антонина.

  • Ответ:

    Как удалось выяснить в ГЖКУ, некоторые платёжки в Железногорске, действительно пришли с непривычными суммами. Однако перерасчёт на горячую воду тут вовсе ни при чём. Дело в изменении норматива оплаты на тепло. Дело в том, что согласно закону, утверждённому Правительством Красноярского края, железногорцы, как и все жители региона, платят за тепло равными суммами в течение 12 месяцев. Общая же сумма платежей высчитывается из расчёта реального потребления тепла за прошлый год. То есть, поскольку потребление из года в год меняется (вместе с температурами) каждый январь меняется и норматив гигакалорий. Говоря проще (в переводе на деньги), если в 2017 году вы платили, условно, 10 000 рублей в год за тепло (по потреблению в 2016-м), то и получали платёжки на 10 000:12=833,33 руб. в месяц. А в 2017 году, например, было холоднее и реально вы потребили тепла за год не на 10 000, а на 12 000 рублей. Соответственно, норматив на следующий – 2018 год будет 12 000:12=1 000 рублей в месяц. А значит, вы получите платёжку за январь уже с новым нормативом, дороже (условно говоря) на 200 рублей. Вот такая коммунальная арифметика. Ирина МИТЬКИНА.

В Хельсинки тепло и чисто

Комментариев: 0
Просмотров: 38181

Материал предоставлен КРЭО «Природа Сибири».

18.09.2014 00:00

В Хельсинки тепло и чисто

Ядерная тема - это просто какое-­то эльдорадо. Там если капнуть хорошенько, то можно наткнуться на такие вещи, которые при умелом использовании могут помочь в решении многих острейших проблем не только Железногорска, но и Красноярского края. Почему же этого до сих пор никто не делает ­- догадайтесь сами.

 

Хельсинки - столица Финляндии. Зимой на улицах Хельсинки нет льда и снега. Чистые улицы зимой - ­ фирменный стиль этого красивого европейского города. Мало кто из современной российской молодёжи знает о том, что когда-­то Финляндия входила в состав Российской империи и была её неотъемлемой частью более ста лет. Наши судьбы разделились в 1917 году.

Хельсинки меньше Красноярска и расположен немного севернее. Если не считать городов­-спутников, то в самом Хельсинки проживает чуть больше 600 тысяч человек. И, судя по всему, живут неплохо, раз у них хватает денег на электричество, чтобы длинными снежными зимами подогревать улицы своего города. Да-­да­-да. В Хельсинки, если вы не знали, зимой греют улицы. Хотя зимы в Финляндии не настолько суровые, как в Сибири, но временами и там регистрируется температура за минус тридцать.

 

За чей счёт праздник?

Кстати, электричество на обогрев улиц своих городов Финляндия берёт у России. В некогда бывшую «Чухонию» экспортируется электроэнергия, на выработку которой сегодня работает два российских ядерных реактора с Ленинградской атомной станции (ЛАЭС). И уже реализуется проект по прокладке кабеля по дну Балтийского моря для дополнительного экспорта электроэнергии с новой строящейся атомной станции ЛАЭС-­2. Таким образом, будущий новенький российский ядерный реактор по планам энергетиков тоже должен будет работать на финнов. Это очень удобно. Минимальные риски, и нет никакой головной боли с утилизацией ядерных обременений после выгорания атомного топлива в реакторах АЭС. И экология не страдает.

На протяжении последних десяти лет Россия экспортирует в Финляндию порядка 10-­11 млрд кВт.ч. Исходя из физических параметров работы ядерных реакторов ЛАЭС, мы без труда можем определить, какое количество атомного топлива требуется для выработки такого объёма электроэнергии. Расчёты показывают, что чистота на зимних улицах финских городов и свет в окошке наших бывших соотечественников обходятся России образованием на реакторах Ленинградской атомной станции сотен тонн отработавшего ядерного топлива. Возникает закономерный вопрос, а за чей счёт праздник?

 

«Финский ОЯТ»

До пуска Ленинградской атомной станции Финляндия покупала электричество у других российских производителей. Но с запуском ЛАЭС в 1973 году финны постепенно перешли с закупок обычного электричества на атомное. Само по себе это электричество ничем не отличается, за исключением своего происхождения.

Со временем объёмы экспорта электроэнергии в Финляндию росли, а в пристанционных бассейнах выдержки ЛАЭС постепенно стало накапливаться отработавшее ядерное топливо. Это топливо, будучи выработанным на российских реакторах, фактически является «финским». Просто потому, что при сжигании этого топлива, полученное электричество уходило в Финляндию. Но официального статуса «зарубежное» у этого топлива нет, что позволяет хитроумным бизнесменам экономить на его дальнейшей судьбе. Несколько десятилетий такое положение вещей совершенно никого не волновало, кроме непосредственных участников сделки: ЛАЭС, оператора и финской стороны. Одни нарабатывали электроэнергию, продавали, получали заслуженные зарплаты и доходы, а другие покупали и использовали эту энергию в своих нуждах. Всех всё устраивало. Многие попросту привыкли к такому положению вещей, пока в 2012 году в далёкой сибирской глубинке не произошло знаменательное событие, и в игру не вступили красноярцы.

 

Где деньги, Зин?

После того памятного дня, когда генеральный директор ГХК, забравшись на стремянку, поставил свой автограф на первом контейнере с ОЯТ, поступившем в «сухое» хранилище с ЛАЭС, ситуация принципиально изменилась…

Дело в том, что согласно Федеральному Закону №92 от 10.06.2001г. «О специальных экологических программах реабилитации радиационно­загрязненных участков территории» за ввоз на территорию Красноярского края отработавшего ядерного топлива, поступающего в Россию из-­за рубежа, надо платить. И когда речь идёт о многих сотнях тонн ОЯТ, как в случае с ЛАЭС, то суммы обязательных выплат в краевой бюджет и специальный фонд для реализации краевых программ по реабилитации территорий получаются недетские.

Несложные подсчёты показывают, что только с момента принятия данного закона ЛАЭС наработала такое количество ОЯТ, за которое Красноярскому краю для проведения спецпрограмм реабилитации полагается до 400 миллионов долларов. Из них прямые зачисления в бюджет края должны составить до 100 миллионов долларов. Согласитесь, деньги приличные, особенно с учётом образовавшейся гигантской дыры в краевом бюджете и выпадающих доходов Гортеплоэнерго Железногорска.

А если мы пересчитаем весь «финский ОЯТ», наработанный на ЛАЭС для экспорта электричества в Финляндию, то сумма округлится самым существенным образом.

Другими словами, друзья, наши городские и краевые депутаты зря просиживают свои штаны. И уж тем более трудно понять депутата Законодательного Собрания Красноярского края Петра Гаврилова, который вместо того, чтобы требовать у Правительства России рассчитаться за «финский ОЯТ», который получает его предприятие на хранение, предпочитает прилагать усилия по выбиванию денег у и без того дефицитного краевого бюджета.

 

Финны не желают пачкаться

Финляндия давно покупает электрическую энергию у России. Ещё со времён СССР, начиная с 1960 года. И является сегодня крупнейшим потребителем российского электричества среди стран Евросоюза. Помимо Финляндии, экспорт энергии осуществляется в Северную Норвегию, Латвию и Белоруссию. Но именно финны так увязали развитие своей экономики с расчётом на энергетические мощности соседа, что под их интересы Россия специально создала дополнительную инфраструктуру, провела сети, ввела в строй и продолжает вводить дополнительные мощности для наращивания экспорта электричества. Однако последнее время в финском сообществе всё чаще звучат призывы о том, что Финляндия не должна способствовать нарушениям прав человека в России. Многих напрягает откровенно бесцеремонное поведение атомщиков в Сосновом Бору (ЛАЭС) и судебные преследования общественных организаций. Доходят до них и отголоски красноярского протеста против строительства ядерного могильника.

Возможно, это простое совпадение, а, возможно, и нет, но по данным ЗАО «Интер РАО ЕЭС» за последний год наметилось резкое снижение закупок российской электроэнергии в Финляндию. А за первое полугодие 2014 года экспорт российского электричества в эту страну упал практически в два раза.

 

Новый отсчёт

5 апреля 2012 года на официальных сайтах многих информационных агентств появился радостный пресс­-релиз об «историческом событии» в жизни отечественной ядерной индустрии. «Сухое» хранилище ИХЗ ГХК приступило к разгрузке первого эшелона с ЛАЭС. Так было положено начало процессу перемещения на территорию Красноярского края ядерных обременений с Ленинградской атомной электростанции, накопленных ею за 40 лет беспрерывной работы. Под звуки оркестра «долгожданный подарок» с берегов Балтики встречали более трёхсот сотрудников Горно-­химического комбината, Буреягэсстрой и Ленинградской АЭС. В атмосфере всеобщего праздника в своём приветственном слове генеральный директор ГХК Пётр Гаврилов подчеркнул, что с этого момента предприятие начинает отсчёт новой истории. Забравшись на стремянку, Пётр Михайлович сделал на транспортном контейнере символическую надпись: «Принять первый контейнер, 05.04.2012».

Так в апреле 2012­-го над Енисеем взошло новое ядерное солнце. Перспективы постепенного превращения «города особого назначения» в международную ассенизаторскую площадку стали приобретать зримые очертания. Железногорску была отныне предписана миссия попроще. Кончилась эра великих свершений. Наступило время капитала – время лжи, предательства и погони за нормой прибыли.

 

Нас снова обманули

Новый отсчёт, новые перспективы – как было бы хорошо, как хотелось бы в это верить... Но есть во всём этом неприятный привкус. Новая история комбината, а значит и всего города, началась с партии ОЯТ, имеющего «сомнительное происхождение». Все призывы к патриотизму железногорцев о поддержке жителей Северо-Запада, все эти красивые разговоры о том, что необходимо в сложный момент поддержать отечественную атомную индустрию ­ разгрузить хранилища ЛАЭС от скопившегося ОЯТ, «иначе станцию придётся останавливать, а этого допускать нельзя» и прочее, и прочее – оказались пустыми. Неприятно это осознавать. Но ещё более неприятно осознавать то, что новый путь, начинающийся с сомнительных обстоятельств, вряд ли вообще когда­-нибудь приведёт в обещанную атомными бизнесменами «страну молока и мёда». Так не бывает.

Железногорск в погоне за обещанной звонкой монетой нырнул с головою в омут «международного разделения труда». Суть его проста. Кто-­то получает экологически чистое электричество и топит им снег на улицах своих городов, кто-то получает неплохие деньги, а кто-­то остаётся на месте, рядом со своим старым и раздолбанным «корытом»: разбитые дороги, заоблачные тарифы, накопленные завалы РАО да ядерные обременения от чужой благополучной жизни. Вот наша реальность и, к сожалению, она будет становиться только хуже. Такова цена за непротивление злу. Равнодушие и невмешательство ­ это единственное, что злу нужно для триумфа. Атомные бизнесмены решили делать на нашей земле свой «грязный» бизнес, и остановить их некому.





Новости

В регионе В России В мире
  • Теперь мы ТОР

    16.02.2018

    Железногорск получил статус территории опережающего социально-экономического развития (ТОР).

  • Голосование завершилось

    16.02.2018

    В Железногорске завершилось голосование по выбору территории для благоустройства в 2018 году.

  • Вместо коньков – валенки

    Вместо коньков – валенки

    16.02.2018

    В Железногорске пройдёт очередной турнир по хоккею в валенках.

  • Наши среди сильнейших

    16.02.2018

    Железногорские педагоги поборются за победу во Всероссийском конкурсе специалистов дошкольного образования.

  • Тёплый привет весны

    Тёплый привет весны

    16.02.2018

    Зима не закончилась, а в теплицах КБУ уже расцвели тюльпаны и гиацинты. Цветы вырастили ко Дню всех влюблённых – 14 февраля.

Подписаться на новости

АРХИВ

На правах рекламы