НЕДЕЛЬКИ

архив
  • 19.07.2017

    19 июля

    Ветер и град повредили крыши домов и ЛЭП в нескольких районах Кабардино-Балкарии.

     

    Эксперты признали московскую скорую помощь самой быстрой в Европе.

     

    Тюменская область предлагает Венгрии сотрудничать в строительстве зернохаба, производстве автобусов и медицине.

     

    Двухлетняя девочка госпитализирована в Ульяновске после того, как два дня провела в квартире одна с мёртвой бабушкой.

     

    В Брянске зарегистрировали первых кандидатов в депутаты Госдумы, в том числе миллиардера Бориса Пайкина.

     

    В Пензе в июле родилось две тройни подряд.

     

    Продолжение мультфильма о котёнке с улицы Лизюкова покажут в конце августа.

  • 04.06.2017

    4 июня

    Литва построит забор на границе с Россией к концу года.

     

    Вице-губернатор Владимирской области стала фигурантом уголовного дела.

     

    Почти полтонны лосося изъяли у браконьеров на Камчатке.

     

    Женщина замерзла насмерть на остановке автобуса в Петербурге.

     

    Памятник героям четырех войн заложат в Андрониковом монастыре Москвы.

     

    «Матч ТВ» покажет товарищеские встречи сборной РФ по футболу против Венгрии и Чили.

ВОПРОС-ОТВЕТ

Все
  • Вопрос:

    «Сами поверить не можем, но сегодня мы собрали в лесу урожай… маслят. Красивые, крупные грибы, пахнут по­настоящему, выглядят хорошо, короче ­ маслята, как маслята. Если не учитывать, что сейчас май. До сих пор в шоке и не решаемся их есть. Подскажите, почему грибы весной выросли?» Ирина Л.

  • Ответ:

    а самом деле, Ирина ­ не единственная, кто обнаружил грибы на этой неделе. В паблик «СГ­26» обратились сразу несколько подписчиков: отправляли фотографии с «добычей» и спрашивали, не является ли столь раннее появление грибов признаком грядущих природных катаклизмов. Чтобы разобраться в теме, мы обратились к педагогу железногорского детского эколого­биологического центра Ирине Александровой. ­ Ничего сверхъестественного в появлении маслят в мае нет, ­ говорит Ирина Михайловна. ­ По погодным условиям, у нас весна нынче необыкновенная ­ апрель был очень тёплым, а потом выпал снег. Это вполне могло стимулировать рост грибницы. Дело в том, что маслята ­ это плодовое тело. В нём созревают споры для размножения. И получается, погода обманывает природу и нарушает естественный ход вещей. Сначала температура повысилась, потом понизилась, дальше снова повысилась. Из­за этого грибница торопится дать потомство ­ вдруг снова похолодает. Вот и получается урожай в мае. Кстати, по словам Ирины Александровой, есть майские маслята вполне можно ­ это абсолютно полноценные грибы. Главное, чтобы они росли в экологически чистом месте. Короче, похоже, что в этом году нам повезло ­ можно угоститься лесным деликатесом на несколько месяцев раньше. Екатерина ГРИГОРЕНКО.

Мыльный пузырь под названием «кластер»

Комментариев: 0
Просмотров: 6153

Беседовала Инна АКИМОВА.

14.01.2016 00:00

Мыльный пузырь под названием «кластер»

- Алексей, я ничего не путаю: проект кластера родился в 2011-м году, через год после прихода к власти команды Медведева-Пешкова?

- Совершенно верно. Ну, как родился: этой экономической модели уже несколько сотен лет. Она уже изжила себя. И вот, спустя пять лет с момента «изобретения», идея железногорского кластера приходит к своему логическому завершению. Кластер просто закрывается – прекращает свою работу.

- Интересно, как они об этом скажут населению?

- Полагаю, что это будет, как описано в книгах Шаламова или Солженицына. Помнишь, когда в бараке умирал заключённый, чтобы пайку за него получать, на перекличках руку покойника поднимали? Думаю, этого «покойника» будут держать до последнего, чтобы выжать из него всё, что можно. Сайт Железногорского кластера, кстати, уже исчез из результата поисковиков в интернете.

- Думаешь, реанимировать кластер уже нельзя?

- Насколько я понял из документов, те кластеры в нашей стране, что не начали получать прибыль до конца 2015-го года, дальнейшему финансированию не подлежат. Вообще, кластер – это экономический инструмент прошедшей эпохи. Возьмём, к примеру, какой-нибудь винодельческий кластер – юг Франции, где фермеры выращивают виноград и делают вино. Им нужны тракторы и место, где их ремонтировать. Поэтому вокруг развиваются ремонтные мастерские. Чтобы вино упаковать – нужна тара. Развиваются производства по изготовлению бочек, бутылок, пробок. Когда это всё расположено на одной территории (что, согласись, логично) - это называется «территориальный кластер». Когда все подходят друг другу, как пазлы одной картины. Но такое было актуально в индустриальную эпоху. Сейчас, в эпоху постиндустриальную, это не работает. Мне какая разница, где будет производиться микросхема размером с ноготь – на её транспортировку не нужно больших затрат, даже если я закажу их тысячу, это будет одна коробка. Я спокойно привезу их из Китая. Мне не надо организовывать их производство в Железногорске, это дорого.

- Так наш кластер под что был ориентирован? Спутники они что ли собирались там изготавливать?

- Это главный секрет кластера. Он ни на что не был ориентирован. Придумали только оболочку. И название - «Ядерно-космический».

- То есть объединить ИСС и ГХК и запускать радиоактивные отходы в космос. Оригинально.

- Да не было никакого объединения! Не придумали они, какой промышленный продукт будут выпускать. Не было технологической цепочки. В нашей стране, на самом деле, кластеров было не так уж и много. Самый яркий пример – это тольяттинский кластер, который вырос вокруг завода «АвтоВАЗ». Это заводы по производству запчастей; училища, которые обучали людей для этих заводов и так далее – сотни фирм, которые обслуживали «АвтоВАЗ». Ещё успешным кластером было главное управление лагерей в СССР – это огромная машина, которая производила самый разнообразный продукт: уголь, золото, радиоактивные металлы, лес. И всё это работало только потому, что там были практически неограниченные ресурсы – бескрайние территории, полные полезных ископаемых и бесплатная рабочая сила. У винодельческого кластера постоянно пополняемый ресурс – это земля и солнце, который позволяет выращивать виноград и делать вино. У тольяттинского кластера постоянно пополняемым ресурсом была огромная потребность населения в автомобилях – страна всасывала всё, что производил завод. То есть, в идее кластера должен быть ресурс, который будет бесконечным и на выходе конкурентный продукт, который будут покупать. Взять, к примеру, Тайланд, остров Пхукет. Это кластер. Там бесконечный ресурс – море и солнце. И до туристического бизнеса там не было ничего – несколько рыбацких деревень, где ловили рыбу и с большим трудом продавали. Но как только появился внешний ресурс – туристы с деньгами, готовые покупать продукт - туристическую услугу, зацвело всё. Пхукет оброс дорогами, магазинами, развлекательными центрами. То есть кластер работает, когда есть идея, что производить, и бесконечный ресурс. В нашем городе предполагалось, что таким ресурсом будет наличие людей с высоким образованием и нетрадиционными знаниями, а продукт придумается сам собой. Я считаю, что это было ошибкой. Такие люди, конечно, у нас есть – высококвалифицированные инженеры космических аппаратов и физики-ядерщики, но их мало. Это не бесконечный ресурс. Ведь наш город не производит сам по себе огромное количество инженеров - это число конечное. И их не заставишь уйти ни с ИСС, ни с ГХК. Потому что там они чувствуют свою нужность стране, востребованность. И уйти куда-то, чтобы производить какую-то неведомую хрень, они не согласны.

- Нормально. То есть у нас нет ресурса, чтобы что-то производить, зачем тогда городили огород?

- Я думаю, что, на самом деле, никто и не собирался на нашем кластере ничего производить. В современной России программа кластеров – это всего лишь набор краников для откачки денег из федерального бюджета. Потому что, как только мы говорим, что у нас есть кластер, нам выделяют краник. Мы его вкручиваем в бочку федерального бюджета и можем периодически открывать его и откачивать немножко денег.

- Хоть что-то получили за пять лет?

- Да, но совсем немного. Порядка нескольких десятков миллионов растворились в проектах, которые так и не пошли дальше презентаций. Знаю, что в ядерно-космическом кластере работает шесть человек: директор, экономист, бухгалтер, юрист, пиарщик и один менеджер по работе с проектами - это как раз те, кто реально заработал на идее кластера. И самое интересное, что все эти прекрасные люди находятся в Красноярске – арендуют большой и дорогой офис, поэтому значительная часть денег, которые платят ИСС и ГХК на содержание кластера (федерация не даёт ни копейки), уходит на оплату этого офиса и зарплату этих шестерых сотрудников. В 2015-м году градообразующие предприятия долго не хотели перечислять деньги на кластер, потому что уже поняли, что выхлопа нет никакого, но после долгих препирательств всё-таки выделили какую-то сумму, где-то от полутора до трёх миллионов рублей…

- Но всё равно это деньги, которые наши градообразующие предприятия могли потратить на свои нужды…

- Конечно. А они ушли на содержание офиса и всей этой «разветвлённой кадровой структуры» кластера. И, как я полагаю, в этом, 2016-м году, федерального финансирования уже не будет, и ГХК с ИСС могут тоже перестать его финансировать. Нет смысла. Как краник этот механизм перестал действовать. Правда, за это время построили здание промпарка, который существует в рамках кластера. Достижение это тоже сомнительное. Промпарк получился пафосным: красивым и страшно дорогим. И, к сожалению, предпринимателям, которые высказали желание арендовать там помещение, выставили ценник - 195 рублей за квадратный метр. Промплощадей! Это в три раза дороже, чем рыночная цена у нас в городе. Кто в здравом уме и твёрдой памяти будет платить в три раза дороже рынка? Понятно, что при такой цене арендаторов на эти площади не могут найти. И самое печальное, что вся эта история с промпарком совпала со скачком теплового тарифа. И теперь любой предприниматель скажет: «Хорошо, вы так заманиваете к себе, так зовёте, давайте посмотри, что вы предлагаете… Сколько-сколько одна гигакалория? А сколько за квадратный метр? Да вы что, с дуба рухнули? Это в два раза дороже, чем в Красноярске!» Красноярск, при этом, находится на пересечении транспортных путей: железнодорожных, водных, автомобильных и даже немного воздушных, зачем людям ехать в Железногорск – к чёрту на кулички, да ещё за такие деньги?

- То есть они рассчитывали затащить сюда производителей из Красноярска? У нас своих вообще нет?

- Из Красноярска, из Питера… «Своих» нет в принципе. Нельзя же дерево выращивать, вытягивая его за макушку! Нужны условия, чтобы дерево росло. У нас ведь совершенно не развито предпринимательство, не было условий для его развития, его никто не поддерживал. Бизнес в Железногорске – это парикмахерские, кафе, такси и розница. А производственный бизнес у нас в стране (я даже говорю не о городе) дохнет. Потому что любая хоть гайка, хоть микросхема, произведённая в России, будет стоить дороже, чем такая же, произведённая на Тайване. По ряду причин: климатических условий, транспортных затрат, стоимости рабочей силы и так далее. Поэтому, когда производится конкурс по закупкам хоть светильников, хоть микросхем, кто выигрывает (ну, если исключить коррупционную поправку)?

- Кто поставит цену ниже.

- Правильно. Не те, кто производит, а посредники, которые везут этот продукт из Китая. Поэтому, когда говорили, что «откроем кластер, и ИСС и ГХК будут закупать у наших», я сразу говорил: всё враньё. Почитайте, пожалуйста, закон о госзакупках и увидите, что критерием для покупки является не размещение на территории Железногорска и не принадлежность к кластеру, а цена. Возьмите наши цены на транспорт, рабочую силу, тепло, аренду и сравните с китайским аналогом. Там получится в разы дешевле.

- Ну, и что тогда Вадим Викторович сделал для нашего города за пять лет? Если был один кластер на слуху, и то оказался мыльным пузырём. С чем он на вторую пятилетку пошёл?

- Во-первых, кластер, это штука, о которой можно рассказывать бесконечно. Этих рассказов хватит и на вторую пятилетку. Ну, и ещё, довеском к нему - молодёжный посёлок.

- Помнишь, в конце ноября на инновационном форуме в Железногорске Пётр Щедровицкий, бывший советник гендиректора Росатома, во время своих лекций сказал, что когда он у нас слышит слово «кластер», ему хочется плакать?

- Да, он подвел итоги: ребята, у вас ничего не получилось, вы похоронили кластер. То есть идея была, вы её не реализовали, по сути, профукали свою хлебную карточку.

- Ну, и как долго наша власть будет ещё рассказывать про кластер?

- Думаю, этот – 2016-й год – будет последним. Может быть, на полгода они выколотят финансирование из ИСС и ГХК, и всё. Они кластер будут заменять другой штукой, которая называется ТОСЭР (территория опережающего социально-экономического развития). Это такой же краник в федеральный бюджет, как кластер. И если первый краник перестал давать деньги, его выкручивают и выбрасывают, в эту дырку вставляют другой краник – в данном случае, ТОСЭР. Это реинкарнация идеи про кластер - те же яйца, только в профиль.

- То есть следующие пять лет Вадим Викторович будет рассказывать про ТОСЭР.

- Вы поймите, что это - такая игра. Правила игры следующие: кто громче всех поддерживает любые идеи власти, тот и молодец. Кто сейчас вспомнит, чем закончились Приоритетные национальные проекты Дмитрия Медведева? А его же «Четыре И»: институты, инновации, инвестиции, инфраструктура? А Хлопонинские «Четыре Д»: дети, дом, демография, деревня? Никто и не вспомнит. А поддерживали-то как, аж повизгивали! Просто реальный результат этих проектов никого во власти не интересует - здесь важно, чтобы население было какой-то мечтой занято. А поскольку главный избиратель всех мэров, губернаторов и министров находится не среди населения, а существенно выше по пищевой цепочке, то и все презентации, отчёты, форумы адресованы именно тому Главному избирателю. Сами понимаете, что при такой конструкции реальная работа или прибыль кластера, ТОСЭРа – вещь абсолютно не важная.





Новости

В регионе В России В мире
  • Тепло дали

    21.09.2017

    В мэрии Железногорска отчитались о подключении к теплу.

  • Ленина: ремонт продолжается

    Ленина: ремонт продолжается

    21.09.2017

    В Железногорске продолжается ремонт асфальта на улице Ленина.

  • Праздничный урожай

    Праздничный урожай

    21.09.2017

    На базе Детского эколого-биологического центра прошёл Праздник урожая.

  • В тридцатке лучших

    21.09.2017

    Железногорец вышел в финал Всероссийского профессионального конкурса «Директор школы».

  • Строительство могильника заморожено

    21.09.2017

    Сроки ввода в эксплуатацию первоочередных объектов окончательной изоляции радиоактивных отходов в ЗАТО Железногорск сдвигаются на три года. Информация об этом размещена на официальном интернет-портале правовой информации (http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201709140014).

Подписаться на новости

АРХИВ

На правах рекламы